Граница лженауки

Новости | 11.10.2018

Российские ученые в третий раз назвали лауреатов антипремии за активное распространение лженауки в стране. В беседе с журналистами газеты «Коммерсантъ» представитель организаторов антипремии обсудил вопрос о популярности лженаучных теорий.

Как пишет издание, первое место на сей раз досталось производителю гомеопатических препаратов, член-корреспонденту РАН Олегу Эпштейну, еще трое были награждены «утешительными дипломами». Это бизнесмен Герман Стерлигов, предлагающий сжигать ученых, публицист Евгений Понасенков, получивший этот диплом за исторические изыскания, и биолог Сергей Савельев, рассказал редактор портала «Антропогенез.ру» Александр Соколов.

О том, по какой причине не слишком научные или даже расцениваемые учеными как откровенно ненаучные идеи становятся популярны среди населения, а их авторы приобретают сторонников, с «Полит.ру» поговорил Владимир Хрыков, проректор Дипломатического института Святого благоверного князя Александра Невского, создатель Общественной научной Академии стратегического проектирования, член Наблюдательного совета Института демографии, миграции и регионального развития.

 
Александр Соколов

«Думаю, вопрос тут вот в чем. Для понимания ситуации, во-первых, надо определиться, что такое наука. Это главный вопрос, когда мы говорим о существовании лженауки. Классически наука всегда определялась тем, что она может быть верифицирована, то есть проверена опытом на практике. Но в то же время мы понимаем, что существуют чисто теоретические вещи, которые не поддаются такой верификации – например, многие разделы математики. А если мы возьмем общественно-гуманитарные направления, то, по сути, ни одна наука из них не верифицируется просто.

Именно поэтому так сложно говорить о том, что нечто относится ко лженауке, поскольку конкретного, строгого определения для этого не существует. Если говорить об антипремии, о которой писали СМИ, то одним из людей, номенированных на нее в этом году, был член-корр Российской академии наук, создавший препарат «Анаферон». Поскольку гомеопатию признали лженаукой, то и его признали пропагандистом лженауки. Но сложность в том, что, несмотря на недоказанность эффективности этого препарата, люди берут его массово, а раз берут – значит, какой-то эффект от него есть. И если один, два, три или несколько человек могут быть просто неумными, то это объяснение срабатывает уже хуже, когда существует целая индустрия производства и продажи таких средств.

 
Покупатель в аптеке / mskagency.ru

Потому что если нечто массово покупается, значит, какое-то влияние оно оказывает – так воспринимают это люди. Возможно, это эффект плацебо – но важно, что на наличие эффекта люди обращают внимание. И гомеопатию воспринимают как отрасль медицины, а ее препараты – как оказывающие психологические, психотерапевтическое действие, то есть в любом случае считают, что эффект от них есть. Сделать вывод, что гомеопатия – неэффективное средство, они в итоге не могут.

Я, кстати, убеждался на опыте, что тот же «Анаферон» работает. Принимаешь таблетку – и не болеешь. Не буду вдаваться в анализ химических процессов, происходящих при этом в организме, потому что не знаю их хорошо, но на практике я выяснил, что эффект от приема препарата есть. И с этим сталкиваются многие. Поэтому номинация на эту премию человека, который его создал, выглядит для немалой части населения ошибкой самой премии.

 
Проверка лекарственных препаратов / mskagency.ru

Больше того, у многих уже есть подозрения, что на ту же гомеопатию «наезжают» конкуренты, производители других видов препаратов, про которые в народе говорят «не лечат, а калечат». И эти подозрения становятся тем популярнее, что мы наконец признаем: многие болезни еще недостаточно изучены, мы не полностью знаем, от чего именно лечимся. Сейчас много говорят о «психологическом настрое на оздоровление» и даже рассуждают, что для организма более важно – аспирин или настрой. Но что-то однозначное и существенное сказать на этот счет сложно, и это наглядно демонстрирует, почему так трудно определить, что такое наука, а что нет.

По гуманитарным направлениям ситуация, как я уже говорил, особенно сложна. Возьмем, к примеру, политологию – я могу рассуждать о ней, так как у меня есть диплом политолога. Можно ли найти хотя бы одного доктора политических наук, который способен сделать какой-то прогноз по реальному будущему страны, входящей в нее территории, района или политического лидера? Уверен, глубоко уверен, что не найдем ни одного. Максимум, что мы получим вместо прогноза – многочасовая болтовня, состоящая из общих фраз.

Знаете, я не раз спрашивал: может ли кто-то доказать, что на свете существовал Аристотель? В учебниках мы читаем, к примеру, политические классификации, которые он предложил. Но был ли в реальности этот человек? Его позиция по каким-то демократическим традициям на удивление современна, если судить по изложению. То есть несколько тысяч лет назад человек думал так же, как мы сейчас – как начали думать, грубо говоря, с семнадцатого века. Это выглядит странным: прошел такой огромный период времени, а мысли так схожи! Может ли такое быть?

 
Научная библиотека  / pixabay.com

Словом, если рассматривать весь гуманитарный сектор, то как определить, где тут наука? Взять, допустим, психологию или даже психиатрию – чем это не наука? Однако мой учитель, известный в России и в мире психиатр Александр Данилин, доказывает, что психиатрии как науки не существует. Что она не является наукой, не является даже дисциплиной, а относится скорее к мифотворчеству. Однако она все-таки официально считается наукой.

Так что понимание науки сейчас является очень широким и оно не унифицировано. Возможно, оно и не может быть унифицировано из-за сложности и широты предмета. И в двадцать первом веке, когда мы сильно скакнули вперед в разных областях знания, мы до сих пор не знаем, откуда произошли. Поэтому даже сейчас, на мой взгляд, говорить о науке и лженауке неправильно.

Возможно, больше смысла было бы говорить о том, отвечает та или иная теория некоей логике, можно ли как-то доказать ту или иную идею. Если подобная логика есть, то теория имеет право быть. Если же человек говорит: «А я так считаю!» или «Это должно быть так!» и ничего не может доказать, то эта теория, как мне кажется, не может иметь места в науке. С этим даже не нужно как-то особенно бороться, это нужно опровергать логикой», – считает Владимир Хрыков.